Статьи
31.10.2016 13:19

По пути люстрации: о реформации польского правопорядка

Украина отстает от Польши на 25 лет. Приблизительно таковы временные рамки между отправными точками реформирования органов правопорядка двух стран.

И в Украине, и в Польше толчком к изменениям послужило недоверие к милиции, судам и прокуратуре. В обоих случаях структуры, которые должны защищать права человека, превратились в репрессивные механизмы по борьбе с инакомыслящими, полностью подконтрольные государственной авторитарной власти. В Польше – социалистическому режиму, а в Украине – президенту Януковичу и его команде.

– Мы во многом повторяем путь Польши, пусть и прошло 25 лет. Это не очень хорошо. Украина потеряла уникальное время – переход от социалистического строя общества в демократический, – убежден эксперт Центра политико-­правовых реформ Александр Банчук. Он участ­вовал в разработке и написании Закона Украины «О Национальной полиции», принятого депутатами Верховной Рады в 2015г.

Александр Банчук рассказал «Лицам» о реформировании правоохранительных органов в Польше.

Изменения по-­польски

За изменения в правоохранительной системе поляки могут поблагодарить «Осень народов». Так называют революционные события, которые поставили историческую точку в существовании коммунистических режимов в странах Центральной и восточной Европы.

В 1989 году, в условиях ухудшения экономической и политической ситуации, а также массовых протестов, руководство Польской объединенной рабочей партии (местный аналог компартии – ред.) согласилось сесть за стол переговоров с оппозицией, которую тогда олицетворял проф­союз «Солидарность». Общение за «круглым столом» шло с 6 февраля по 5 апреля 1989 г. Политики договорились провести демократические выборы, возобновить институт президентства и сенат, внедрить территориальное самоуправление, а также перейти на рыночную экономику.

Уже в январе 1990­го, благодаря появлению политической альтернативы, Польская объеди­ненная рабочая партия распалась.Странаотсоциализма перешла к демократии. Это и поспособствовало изменениям в сфере правоохранительных органов.

– У поляков эра реформ была связана с люстрацией, – говорит Александр Банчук. – Члены Польской объединенной рабочей партии, которые работали секретными агентами в спецслужбах – например, писали доносы на коллег и соседей, потеряли право на трудоустройство в правоохранительных органах. Найти такую информацию оказалось несложно, достаточно было изучить архивы спецслужб, которые сделали открытыми. Очень похожее положение есть и в украинском Законе «Об очищении власти в Украине», который мы приняли аж в 2014 г., – сообщил он.

В частности, в Украине под люстрацию попадают лица, занимавшие должности в Компартии СССР или одной из союзных республик, начиная от секретаря районного комитета и выше, в комсомольских организациях, а также сотрудники КГБ.

Закон «О полиции» в Польше приняли в 1990 г. По словам Александра Банчука, переаттестации для полицейских в Польше не устраивали – их проверяли перед трудоустройством из милиции в полицию. Занять вакантную должность можно было только пройдя конкурсный отбор.

Кроме того, во время реформирования милиции стоял вопрос о децентрализации правоохранительного органа – создании такой полиции, которая была бы подконтрольна местным громадам.

– Уже в 1992 г. полиция в Польше полностью изменилась. Удалось существенно почистить ее ряды и сделать работу очень эффективной. Парламент не получилось убедить в надобности децентрализации, – констатировал Александр Банчук.

Тем не менее, параллельно в Польше работает так называемая «местная стража», которая создается на уровне громад.

– У них очень ограниченные полномочия. Это – не полиция, – объясняет Александр Банчук. – Я бы так сказал: это – скорее, органы благоустройства территории и санитарии. Правоохранители из «местной стражи» следят, например, чтобы транспортные средства парковали в предназначенных для этого местах. С нарушителей они могут взимать штраф. По этой модели, в Украине своего второго чтения ждет законопроект «О муниципальной страже». В нем почти полностью повторяются полномочия и статус сотрудников местной польской стражи, – сообщил эксперт.

По его словам, украинский и польский сценарии создания патрульной полиции имеют между собой общие черты. В патрульную полицию Польши так же с помощью конкурса набирали людей с активной гражданской позицией и «горящими глазами», которые хотели изменить страну к лучшему. От кандидатов в пат­рульные полицейские не требовалось наличия юридического образования.

– Польские эксперты говорили, что реформировать полицию оказалось значительно легче, чем прокуратуру и суд, – отметил Александр Банчук. – Прокуратура и суд пошли эволюционным путем. Сначала их почистили через люстрационное законодательство, а потом кадры менялись эволюционным путем. У польских судей и прокуроров после люстрации полномочия остались теми же самыми. На освободившиеся места пытались привлечь молодых юристов. Судьи, которые пришли на волне демократизации, понимали, что зависимая фемида никогда пользы не принесет. Однако в судах не было таких быстрых результатов, как в системе полиции, к которой уровень доверия среди граждан стал очень высоким.

Польша на протяжении двух десятков лет пыталась построить независимую юстицию. В принципе, у нее это получилось. Здешним правоохранителям доверяют гораздо больше, чем их украинским коллегам, – убежден эксперт Центра политико­правовых реформ.

Цифры доверия и недоверия

Согласнорезультатамсоц­опроса, проведенного в сентябре 2016 г. Центром исследования общественного мнения (CBOS) довольны работой полиции 72% поляков. Об этом сообщило «Польское радио». Кроме того, вырос уровень доверия к судам и Центральному антикоррупционному бюро, однако проценты не указаны.

Исследование, которое провели в Украине Центр им. Разумкова и Фонд «Демократические инициативы» им. Илька Кучерива определило среди государственных институтов лидеров недоверия. Ими оказались прокуратура и суды. Так, фемиде не доверяет 72% опрошенных украинцев, в основном доверяют – 8,2%, а полностью доверяют – 1%. Прокуратуре не доверяют 70% респондентов, в основном доверяют – 8,7% граждан, а полностью доверяют – 1,4%.

А вот Национальная полиция среди украинцев пользуется в разы большим доверием. Ей в основном доверяют 34,1% украинцев, полностью – 5,6%, а совсем и преимущественно не доверяют – соответственно, 19,5% и 24,7%.

Такой относительно высокий показатель доверия к полицейским Александр Банчук называет авансом от граждан.

– Люди видят красивых девушек и парней в форме, которые ездят на красивых автомобилях. Они вызывают симпатию. Думаю, следует разделять патрульных полицейских и тех, которые работают в райотделениях. Наверное,последнимдоверяют меньше 10% украинцев, – заявил эксперт.

Все ли по­-европейски в системе правоохранительных органов Польши?

Лавры победителя на парламентских выборах в 2015 г. достались партии Ярослава Качинского «Право и справедливость». В результате, ее представители получили в польском сейме 235 мандатов из 460 и смогли сформировать правительство. Но, как известно, много власти не бывает.

– Они («Право и справедливость» – ред.) сейчас начинают сферу юстиции «подминать». Сейм внес изменение в польское законодательство, объединив Министерство юстиции с Генеральной прокуратурой. Таким образом, политическая фигура министра теперь исполняет обязанности генпрокурора. В Брюсселе считают, что эти действия не отвечают европейским стандартам, – сообщил Александр Банчук.

Кроме того, польский парламент назначил нескольких судей Конституционного суда в обход законодательства. Дело в том, что полномочия предшественников двоих из них еще не закончились. Президент Анджей Дуда медлил с принятием присяги от новых представителей Конституционного суда, без этой простой процедуры судьи не могли приступить к работе. В Сейме нашли своеобразный выход из ситуации: депутаты внесли изменения в закон о КС. Затем, в парламенте судей назначили еще раз. Впоследствии, Анджей Дуда все­таки принял у них присягу.

– Но тут показывает свою независимость глава Конституционного трибунала (суда – ред.) Республики Польши Анджей Жеп­линский,рассказывает Александр Банчук. – Он не допускает этих лиц к присяге. Это означает, что предыдущие правительства выстроили независимую работу Конституционного трибунала, если его глава может опираться парламентской партии, которая имеет большинство. Таким образом, работа суда сейчас парализована. Против Жеплинского в прокуратуре открыли дело за неисполнение служебных обязанностей. Зачем это сделали? Власти нужно большинство в суде, тогда законы и решения КС не возможно будет признать неконституционными, – сообщил он.

Естественно, такие действия польских властей вызвали негодование в Европе. Глава Европарламента Мартин Шульц винтервьюнемецкомуизданию «Frankfurter Allgemeinen Sonntagszeitung»сравнил такую политику с российской.

«Польское правительство считает свою победу на выборах мандатом, который позволяет подчинить благосостояние государства победной партии, учитывая как содержание политики, так и кадры. Это путинский подход к демократии, опасная путинизация европейской политики», – заявил Шульц.

Как сообщает «ТСН», в Страсбурге даже состоялись дебаты – не посягает ли Варшава на европейские ценности. Кроме скандала в Конституционном трибунале, в Польше в январе 2016г. протестовали против изменений в закон о полиции, которые в первом чтении принял сейм. Их суть заключается в том, что теперь без разрешения суда можно будет читать личную переписку в соцсетях и почту гражданина, прослушивать его телефон, определять местонахождение и даже следить.

Как сообщает «Европейская Правда» Анджей Дуда все же подписал этот так называемый закон про слежку, несмотря на протесты граждан.

– Как видите, даже в тех странах, которые нам кажутся примером конституционного порядка, политическая власть, если получает большинство, желает контролировать юстицию, – резюмировал Александр Банчук.

Ирина Сатарова

Заглавное фото – с сайта польской полиции Policja.pl

 

 

1301